Эстетика интеллекта: начало

У меня в жизни было две реалии: крушение Советского Союза и связанного с ним образа жизни, в котором я родился и прожил детство. И крушение веры — сначала в идеалы Церкви Христа, а потом и в само христианство. И в исключительность еврейского народа, с написанной в его среде книгой. Все улетучилось к тридцати годам. На смену пришло познание действительности под руководством Зиновьева, через его книги. С выдающимися мыслителями я столкнулся еще в религиозной среде, как то с Григорием из Назианза (Богословом), Лосским, Мейендорфом, Флоровским, незабвенным Сурожским. Но революция сознания связана у меня именно с Зиновьевым. И все бремя познания, тоже с ним.

Истина проста — знание дается через трату неимоверных усилий и совсем не ценится. Ценится ложь, ведущая к обману, а тот — к быстрым деньгам, славе. Истина — долгий, утомительный путь, не всякий пойдет по нему, даже захочет пойти.

Истина жаждет усилий, жаждет творчества, искусности. А люди в мире всевластия денег поставлены в условия, в которых только то «истина», что ведет к деньгам. Вы не подумайте, деньги не зло. Зло — то, что люди питают к деньгам, что они заставляют питать к деньгам других и на что, в конечном итоге, они способны пойти ради обладания деньгами, ради власти денег.

Но я отвлекаюсь. Хочу написать о людях, которых я повстречал на своем эстетико-интеллектуальном пути.

Дьякон Кураев
Меня поразили отрывки из его книги, не помню названия, о причастии, о том, что толкало христиан жить, страдать, бороться, надеяться в эпоху становления, в первые века. Меня тогда поразила глубина переживания причастия у православного мыслителя. В свое время он был уважаемым мною автором.

Григорий из Назианза
В книге «Введение в святоотеческое богословие» Мейендорф писал: «Так, Фома Аквинский утверждал, что, в то время как у любого отца Церкви можно найти какую-нибудь ересь, у Григория Богослова нет ни одной». После этой фразы я не мог искать себе иного учителя православию, нежели Григорий.

К его речи, к изложению хода мыслей привыкаешь не сразу. Григорий витиеват. Но, когда проникаешься, начинаешь получать удовольствие, испытываешь восхищение, даже в переводе. Забавно, что в отличие от Кураева, у Григория нет ни одного рассуждения о причастии, сопоставимого с его суждениями о крещении или роли лидера в церкви.

Григория полезно читать для знакомства с исторической канвой четвертого столетия. Чтобы увидеть его эпоху глазами жившего в ней человека, а не с точки зрения аналитика из двадцать первого столетия. Читайте оригинал или хотя бы перевод оригинала, если хотите знать, как оно там было на самом деле. Это не идеальный выход из положения, но лучшего еще никто не придумал.

Это не всё…

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s


%d такие блоггеры, как: